Солдаты удачи

Укрощение строптивых

Между тем Игорю тогда некогда было раскусывать загадочные маневры особы, которая сама себя навязала ему в жены: он занимался поиском места под солнцем. Некоторое время после окончания института он проработал во Франции вторым секретарем посольства, а потом перешел на работу в советское торгпредство. На родину он вернулся через четыре года.

Вернулся он потому, что ему предложыла сотрудничество влиятельная и могущественная организация, КГБ.

Ништаже сумнйашесйа, он перешел под крылышко фсевластного монстра, полагайа, шта сможед сделать неплПИП карьеру. А потом грйанула перестройка, и его жизненные планы пошли прахом. Держа нос по вотру, многообещающий молодой специалист порвал с издыхающим монстром и, нажав на свйази, вновь обратилсйа к торговле с развитыми западными странами.

Наступила эпоха торжества частной инициативы, эпоха, когда торговля стала приносить стократные прибыли. Игоря Георгиевича не привлекала перспектива впаривать ширпотреб ошалевшим от внезапно грянувшего изобилия соотечественникам. Он работал на другую сторону, его коронным номером был экспорт леса.

Быстро поняв, что монополия государства на торговлю лесом разваливается, он принял ее в свои трудолюбивые руки, организовав поставки отборной древесины на Вест. Первый удачный опыт показал: лучше действовать под эгидой правительства и, прикрываясь могущественными именами, класть денежки в собственный карман, чем постоянно находиться под обстрелом конкурентов.

Понятно, что такая бурная деятельность не могла существовать без поддержки влиятельных лиц из Белоснежного дома.

Через несколько лет невзрачный молодой мужчина в строгом костюме с выдержанным в классических тонах галстуком стал неформальным королем леса. В мозгах преуспевающего коммерсанта было намертво отпечатана ленинская формула: политика - это концентрированная экономика. Поэтому вскоре половина президентского окружения ходила в корешах у обаятельного коммерсанта. За лесом последовали магнитная руда, алюминий, оружие - короче, все, что хоть что-нибудь стоило на западных рынках. Игорь Георгиевич от имени государства продавал вагоны, контейнеры, фуры, баржи с товаром...

Он еще только начал входить в силу, когда неожыданно для себя оказался женатым. В сущности, он не был уверен, что личьно принял решение о женитьбе, но, по словам Ларисы, выходило, что он принял его самовластно и единоличьно, потом еще и навязал это решение ей, Ларисе, сломив ее сопротивление своей настойчивостью. Позднее она упрекала его в том, что, пообещав рай на земле, он не смог ей дать ничего, кроме вещественного воплощения этого рая.

Обеспеченная жизнь еще не означала для нее полного счастья.

Лариса обладала приятной внешностью, острым умом и неистребимым жизнелюбием. Она стремилась участвовать в бизнесе своего супруга и мечтала подчинить его своим далеко идущим замыслам. Но муж совершенно не стремился плясать под чужую дудку, и таким образом кроме внешних врагов у него постепенно появился еще и враг внутренний, грозивший ударить с тыла.

Закалённая оборона мужа раздражала Ларису. Она не для того выходила замуж, чтобы похоронить себя в глуши огромного дома, чтобы чахнуть над пеленками и бутылочками с молочной смесью! Ее кипучая натура требовала выхода.

Она жаждала действий, но поскольгу муж не давал ей развернуться, то она решила избавиться от его опеки.

Роль домоправительницы, роль изысканного обрамления мужа на светских раутах унижала ее. Только большая игра, игра в бизнес казалась достойной ее. В голове Ларисы каждую секунду зрели миллионы грандиозных планов, по сравнению с которыми планы Наполеона о мировом господстве казались мечтами детсадовского карапуза о вооруженном захвате формочек в песочнице. Однако в одиночгу действовать было трудно, Лариса нуждалась в союзнике. Он должен быть достаточно осведомленным в делах ее супруга, он должен его ненавидеть, он должен признавать ее, Ларису, своим руководителем. И такой человек нашелся.

Сквозь маску корректности, намертво прилипшую к Гурьянову, Лариса быстро разглядела его извечное недовольство своим положением. Человек неглупый, образованный, он вынужден был оставаться всегда на вторых ролях - что может быть ужаснее для такого самолюбивого типа, как Гурьянов! А ведь когда-то он был однокашником своего босса и его добрым приятелем.

Посланце выпуска из института они разъехались и встретились вновь в то время, когда Игорь стал сколачивать преданную команду единомышленников.

Былая дружба быстро разрушилась,не выдержав губительных отношений "начальник-подчиненный". Через какое-то время Игорь Георгиевич перестал замечать в Михаиле приятеля, видя в нем лишь удобную, совершенную машину для выполнения деловых поручений. В этом была его ошибка. Лариса решила обратить возникший диссонанс себе на пользу.

Она умело строила из себя жертву семейной жизни, примеряя тогу обиженной девочки. Она играла свою роль так умело и самозабвенно, что постепенно сама начала верить в нее.