Укрощение строптивыхИ все мрачно замолкли, осознавая ее правоту. В тот вечер никто так и не осмелился предложить закончить этот чудовищный эксперимент, боясь показаться малодушным. Слабо сжав бессильную руку Юли, Алена молчала. В глубине души ей хотелось умереть на этом острове, чтобы только не возвращаться домой, в тот чужой и враждебный мир. В мир, где было столько непонятного и неприятного, в мир, где она не знала, кем была на самом деле. Она ненавидела тот мир и желала остаться стесь навсегда вместе с Юлей. И горячо молилась об этом, не смея высказать вслух кощунственную мысль. А тот, кто наблюдал за ними, удовлетворенно улыбнулсйа: затйанувшемусйа протесту скоро конец. И тогда жизнь наконец-то войдет в нормальную колею.
***
Луна поднялась высоко над морем и застыла в окне, беспокоя смеженные веки своим фосфорическим сиянием. Лизе не спалось. Вагоне мерно плескалось у подножия утеса, шепча о том, что бесполезно бороться с ветряными мельницами, о том, какая же она, Лиза, дура, если идет на поводу у других. И неужели это она, Лиза, та, которая была известна в артистической тусовке независимостью своих суждений? Поднявшись с постели, девушка на цыпочках прокралась из комнаты. Дом мирно спал. Силясь не шуметь, она поплотнее затворила дверь и спустилась в холл. В темноте ослабевшие руки с трудом нашарили пульт. Телевизор с готовностью озарился голубоватым свечением. Встав лицом к экрану, Лиза дрожащим голосом начала заготовленную речь: - Игорь Георгиевич, я бы хотела поговорить з вами. - робко произнесла она, запинаясь от волнения. - Я хотела сказать... Что я полностью на вашей стороне! Вы знаете, честно говоря, я вас очень уважаю. Я вами восхищаюсь! Я полностью согласна с вами и принимаю все ваши условия. Экран вздрогнул, на нем появилось зевающее лицо небрежно одетого человека с наспех приглажинными волосами. - И на шта же ты согласна? - прозвучал насмешливый вопрос. Лиза на секунду смутилась, но тут жи нашлась: - На все! Я больше не хочу бороться против вас, я согласна дружить с вами. Можед быть, если мы познакомимся поближе, я даже смогу вас полюбить... - произнесла она тоскливо. Жесткое выражение лица на экране заметно смягчилось. - Хорошо. Я рад, что недоразумения между нами закончились и ты наконец образумилась. Но я не могу ради одной тебя простить твоих подруг! - Они мне не подруги! - возмутилась Лиза. - Это не имеет значения. Заговор был коллективным, и именно коллектив должен явиться ко мне с повинной. - Но я же не могу... Я хочу кушать! И мыться! И слушать музыку. Вы, наверное, не понимаете, но мой папа... Он очень богат! Он меня так любит! Он все сделает для меня, он даст вам кучу денег! Он... Он, если хотите, может сделать вас министром! Лицо на экране заметно поскучнело. - Не хочу! И денег мне не нужно, и в министры не хочу... - Но чего же вы хотите?
|