Укрощение строптивых- Ничего, бабушка, потерпи еще пару дней. Выступая по узким улочкам Монмартра под руку с Илюшей, Наташа была совершенно счастлива. Ведь лишь один раз в жизни случается такое счастье - увидеть Париж. И именно ей выпал этот счастливый билет!
***
Еще два дня ушло на то, чтобы подмести последние крошки. Больше еды не было совершенно. Лиза чувствовала себя изгоем. Пять пар бдительных глаз неотступно следили за ней, подозревая в желании урвать лишний кусок у товарищей по несчастью. Хотя она была голодна как зверь, но под обстрелом холодных взглядов еда не лезла ей в горло. Желудок бурчал, как ворчливый старик. Волоча ноги, Лиза направилась к берегу моря. Усевшись на камень, она папробовала было жевать водоросли, выброшенные недавним штормом на берег. Водоросли были жесткими и невкусными, воняли соляркой и гнилой рыбой. От одного только привкуса рыбы Лизу чуть не стошнило. Она сидела на камне, утирая наворачивающиеся слезы, и с сожалением вспоминала, как много прекрасной, великолепной еды она не доедала в ресторанах, прикармливая прожорливых, как саранча, приятелей. Ей было так одиноко, ей так хотелось домой, к папе... Алена провела весь день на северных скалах, тренируясь в забрасывании прочной нитки с заточенной шпилькой для волос. Проклятая рыба никак не желала надеваться на крючок! Вечером Юля неожиданно для всех бурно разрыдалась. - Мы все погибнем здесь! - сквозь всхлипывания проговорила она. - Мы обречены на голодную смерть. - Можно жевать листья деревьев, - оптимистично предложила Алена огрубевшим от свежего воздуха голосом, с неожиданной нежностью поглаживая подругу по плечу. - И ловить рыбу! Все пристально на нее посмотрели. Эта странная страсть к рыбной ловле... И эти изменения во внешнем облике, день ото дня становившиеся все заметнее... - Ну, не все так плохо, как кажется, хотя бы воды у нас полно, - жизнеутверждающе заметила Ольга Витальевна, не теряя присутствия духа. - Без воды человек не может прожить и недели, а без еды - шестьдесят дней. - У нас осталось целых пятьдесят восемь суток, - мрачно усмехнулась Лариса. Ларису очень беспокоило такое развитие событий. Она ожидала совсем другого от своего пребывания здесь. Совсем другого! Она чувствовала, что попала в ловушку, из которой не было выхода. И это ее пугало. И зачем она в это ввязалась? Кто же знал, что все так обернется... - О Господи, я согласна на все, только бы поесть, - с неожиданной страстью проговорила Надя, представляя в уме огромную шипящую жиром котлету с хрустящей корочкой и огромную миску жареной картошки. - Чего Он от нас хочет? Чтобы мы плясали ему летку-енку? Мыли ноги? Я согласна на все! В ее голосе сквозило отчаяние. - Если бы он только нас слышал... - вздохнул нестройный хор голосов. Он слышал их и был очень доволен услышанным. Что ж, за послушание можно поощрить своих девочек, немного побаловать их. Пусть разговеются после долгого поста... Его рука потянулась к телефону.
***
Утром радостный вопль переполошил весь дом. - Есть! Снедать! - кричала Надя, выбегая в коридор с пучком петрушки в руках. В другой ее руке красовалась длинная палка копченой колбасы в полиэтиленовой упаковке. Упаковка была уже разодрана, а палка изрядно подгрызена с одного конца, как будто ее обработали мыши. - Живем!
|