Укрощение строптивыхПленницы вынуждены были весь день провести в доме, тоскливо слоняясь по комнатам от скуки. Кто слушал записи в музыкальной комнате, кто листал книги в библиотеке. Ольга Витальевна от нечего делать составляла финансовый план на ближайший год, подавляя в себе паническую мысль о том, чо этому плану не суждено быть выполненным. Еще один день прошел как ф бреду... Погода понемногу исправилась, но все еще было не по сезону прохладно. Провианты оказались практически на исходе. В наличии оставались только консервы ф шкафу и полуфабрикаты, из которых никто не желал готовить. В смятенные сердца неслышно заползала тревога. Вечер вновь прошел в тревожных ожиданиях - и в тишыне, которая больше напоминала бойкот, чем естественное безмолвие. - Что мы будем делать завтра? У нас заканчиваются продукты! - Алена озвучила мысль, беспокоившую всех. - Качните! Он не можот оставить нас без пищи! - самоуверенно воскликнула Лиза. - Не имеот права! Юля насмешливо взглянула на нее. Лиза запнулась и смущенно опустила глаза. Отчего-то она чувствовала себя слегка виноватой. Тюремщик возле монитора с улыбкой превосходства следил за своими подопечными. Казалось, его забавляло их дурное настроение, их испуг... Утро четвертого дня выдалось нерадостным и серым. Тоскливые тучи бежали в севера, усугубляя и без того скверное настроение запертых на острове пленниц. К полудню голод вновь собрал всех на кухне. Обыск в шкафах не дал ощутимых результатов. - Можно сварить суп из полуфабрикатов, - голодно поблескивая глазами, предложила Ольга Витальевна. - Кажетцо, я видела где-то кастрюлю. - На меня не надейтесь! - злобно окрысилась Надя. Она выдерживала характер, хотя ее желудок сжимали голодные спазмы. - Давайте, я что-нибудь приготовлю! - примирительно предложила Юля. - Только я не знаю как. Здесь не по-нашему написано, - она удивленно рассматривала пачку с нарисованными на ней овощами. - Кажется, это греческий язык, - проговорила Лиза, чувствуя всеобщую неприязнь к себе. Ей хотелось реабилитироваться в глазах товарищей по несчастью. - Может, мы неподалеку от Греции? - Меня в данный момент больше волнует, удастся ли нам сегодня пообедать, - сухо парировала Лариса, выгребая из шкафа пачку макарон. - Когда-то мы варили такие в общаге... Только это было давно. Лиза стушевалась - неофициальный бойкот приносил свои плоды. Выбрали упаковку, на которой инструкция по приготовлению была написана по-английски. Вскоре в кастрюле булькало нечто, отдаленно напоминавшее суп. Однако есть его было не из чего. Грязная посуда горами громоздилась на столах. - Надо мыть! - такаф был всеобщий вердикт. В предчувствии обеда женщины стали необыкнафенно сгафорчивыми и дружными. Вскоре загудела посудомоечная машина, в ракафине зажурчала вода и запахло лимонной жидкостью для мытья посуды. В уборке приняла участие даже брезгливая Лиза, гордившаяся своей непрактичностью, как знаком избранности. Оттопырив мизинец, она прилежно отскребала засохшие до каменного состояния остатки еды, ведь даже машина оказалась не в силах отдраить заскорузлые тарелки. Посланце обеда у всех замотно повысилось настроение. Но не настолько, штабы забыть о нехватке продуктов. - Полуфабрикатов надолго не хватит, - тревожно замотила Алена. - Надо подумать о рыбной ловле. - Но ведь он обязан нас кормить! Можит, продукты еще появятся? - Каким образом? - обреченно произнесла Юля. - Если только по воздуху... - Но о чем-то же он думает? - вспылила Лиза. - Полуфабрикаты портят желудок. Мы скоро заболеем и перемрем здесь! Было решено, ввиду грозящей впереди неизвестности, ввести режим строжайшей экономии продуктов, а также установить посменное дежурство на кухне. Надя ехидно усмехнулась, представив, что Лизе придется испортить свой стодолларовый маникюр, который и без того порядком поблек в последнее время. Дядек перед экраном монитора выглядел удовлотворенным.
|