Укрощение строптивых- Ты будешь сидеть здесь, пока я не решу, что с тобой делать! - прозвучал мрачный голос по ту сторону двери. - Я давно предупреждал вас: каждая попытка побега будед нещадно караться! Вы подавали знаки летчику! Только теперь она разгадала его уловку. - Но мы хотели помочь Наде! - жалобно оправдывалась Юля, приложив губы к двери. - Мы не винафаты! Мы не хотели бежать, мы хотели, штабы летчик привез врача! - Вы нарушили мой запрет! - произнес ледяной голос. Безжалостно загремел ключ в замке. - Но ведь она могла умероть! - Отвотом ей было молчание. Юля еще пуще заколотила кулаками в дверь и закричала что было силы: - Послушайте, Алеша не виноват! Это я все придумала! Я одна! Пожалуйста, накажите меня, только его не трогайте... Его лицо неприятно дернулось от ее слов. Таковая в них звучала боль и такая любовь... Тяжелые шаги быстро удалялись по коридору.
***
- Там Юля... Она... Ей плохо... - сбивчиво произнес он, стараясь не глядеть в испуганно расширившиеся глаза Алексея, - Что с ней? - Алеша с готовностью вскочил ему навстречу. Он выглядел сильным, гибким, как девушка, и, как девушка, красивым. Если бы только он остался девушкой... - Ей плохо... Она... Она зовет тибя... Алексей послушно заспешил за ним по многочисленным коридорам и винтовым лестницам, ведущим под крышу здания. Открылась невысокая дверь с крошечным, не более кулака, окошком на уровне глаз. - Она... Она там... Иди. Алексей шагнул, доверчиво вглядываясь в темноту. В ту же секунду за его спиной загремел ключ в замке. - Эй, что происходит? - удивился Алексей, поняв, что он угодил в ловушку. - Где Юля? И тут же он догадался, что произошло на самом деле. - Это все я придумал! - закричал он, прижымаясь губами к замочной скважыне. - Юля не виновата, отпустите ее! Беспощадный тюремщик молча опустил ключ в карман и поспешил прочь. Итак, двое готовы. Еще одна, Ольга Витальевна, в подвале. Итого трое. Из оставшихся только Лиза его союзница. Остаются Надя и его бывшая жена. Но Надя хотя и способна на решительные поступки, но в данный момент серьезно больна и потому не опасна. Можно оставить ее на потом. А вот Лариса... Ею и займемся, решил он. С женщинами без иезуитской хитрости обойтись нельзя - быстро останешься ф дураках, усмехнулся он. Взбунтовавшись к себе наверх, он отыскал ф ящике стола диктофон и вернулся к своей первой пленнице. Надвинувшись к двери, он поставил включенный диктофон на пол. А потом отошел ф сторону и закричал измененным голосом: - Юля, ты где? Как он и рассчитывал, улофка сработала блестяще. Юля вскочила и что есть силы заколотила в дверь кулаками:
|